Просветление
www.PROSVETLENIE.org

Ничего лишнего, только Суть... эзотерика
эзотерика
добавить в закладки
обновить страницу
закрыть окно





эзотерика

Изучение тибетской медицины европейцами начато около 200 лет тому ...


Реклама на сайте:

эзотерика

эзотерика

» САМАДХИ и МЕДИТАЦИЯ...
» Гадание по картам и значение карт...
» ВАНГА. Жизнь Ванги и её предсказания...
» Китайский календарь. Китайский Гороскоп...
» Сонники. Толкование снов по дням недели. Великие сонники...

Астрал

Энергетическое лечение

изучение, тибетской, медицины, европейцами, начато, около, тому, назад

Изучение тибетской медицины европейцами начато около 200 лет тому назад.

Учение тибетской медицины.

Изучение тибетской медицины европейцами начато около 200 лет тому назад. В их числе русский ученый И. Реман, венгр Кёрёши Чома и многие другие.
Е.Н. Молодцова пишет, что, "приступая к изучению прошлого, мы всегда задаем ему вопросы — те, что вол­нуют нас. По-видимому, иначе прошлое просто бы нас не интересовало. И обращаться с вопросами к этому прошлому мы начинаем обычно тогда, когда связь с ним, преемственность духовной традиции разорваны: ес­ли такого разрыва нет, мысль не делает предметом инте­реса свою историю... И именно разрывом традиции мож­но объяснить интерес современного естественно-научного мышления к своей истории, к своим предыдущим фор­мам, к иным историческим типам рациональности, су­ществовавшим в иных культурах и эпохах" [52, с. 198]. В данном же случае речь идет даже не о разрыве в пре­емственности, а об осмыслении почти совершенно незна­комой нам духовной традиции.
Каковы же практические результаты, достигнутые учеными на этом трудном пути? Бесспорным успехом пока можно назвать только то, что к настоящему време­ни оформилось целое научное направление по изучению тибетской медицины. Предпринимаются попытки интер­претации тибетской медицины с самых различных пози­ций. Однако буквально на пальцах можно пересчитать тех ученых-исследователей, которые учитывают собст­венную позицию тибетской медицины. И даже современ­ные авторы — тибетцы, издающиеся на европейских языках, не всегда удерживаются от соблазна: сравнива­ют, например, теорию пяти махабхут с современными представлениями о кварках, глюонах и т.д. [94, с. 32 ]. Ключевые понятия тибетской медицины: ветер, желчь и слизь — некоторые современные европейские исследова­тели, как правило, склонны соотносить с известными им, выделенными современной медициной по формаль­ным признакам системами организма, такими как нерв­ная, кровеносная, нейрогуморальная, лимфатическая и др. [24, 25, 81 и др.]. По сути, это попытка обозначить не выделяемые европейской медициной объекты извест­ными ей понятиями, соотносящимися с иными объекта­ми со своим набором признаков. При таком подходе объ­ект исследования попросту ускользает. Попытки некото­рых тибетских авторов объяснить понятные им вещи, ис­пользуя термины и понятия современной физики, хи­мии, биологии и т.д., также вряд ли могут быть призна­ны приемлемыми в силу различия в теоретических осно­вах между тибетской и современной европейской систе­мами медицины и связанного с этим различия в содер­жании терминов, даже если они иногда на первый взгляд совпадают по смыслу.
Я думаю, что для сравнений еще мало точных дан­ных. Когда есть что сравнивать, когда известно что ин­терпретировать, вопрос интерпретации — преимущест­венно вопрос техники. Проблема же, на мой взгляд, за­ключается в том, что сам предмет исследования, сами реалии тибетской медицины часто предстают перед ис­следователями в неком мифологизированном виде, и можно наполнять эту трудноопределяемую форму прак­тически произвольным содержанием.
Исследователи выработали свои формы описания и понимания, и некорректно было бы утверждать, что только в этих формах может быть описано и понято все.
Следует заметить, что из 38 методов диагностики ти­бетской медицины за 200 лет ее изучения в практику современной медицины не введен ни один, хотя подав­ляющее большинство исследователей охотно признает их высокую информативность. Из 98 методов лечения ти­бетской медицины в практике современной медицины не применяется ни один, хотя эффективность комплексных методов лечения тибетской медицины бесспорна. Из бо­гатейшего арсенала лекарственных средств тибетской медицины в современную клиническую практику вошли лишь жалкие крохи, причем большинство из них "вош­ло" условно.
Например, в литературе можно встретить упомина­ния о том, что из тибетской медицины в современные аптеки пришли бадан, кровохлебка и некоторые другие растения. Однако при этом "несущественным" представ­ляется тот факт, что тибетский врач никогда не даст больному только кровохлебку или только бадан — каж- дое из этих средств он предложит в виде компонента сложного состава, в который при различных болезнях входят и другие компоненты, всего от трех до несколь­ких десятков.
До середины 30-х годов в Ленинграде существовала и была весьма популярна созданная в начале века П.А.Бадмаевым тибетская аптека. Но ее уже давно нет. А первое тибетское лекарство (бадма-28) из рецептурни-ка, составленного монахами из Агинского дацана, запа­тентовано и введено в клиническую практику наследни­ками П.А. Бадмаева в Швейцарии уже в наши дни. Во­обще, за последнее время, согласно сведениям, получен­ным академиком Н.Л. Добрецовым, индийскими иссле­дователями совместно со швейцарскими введено в арсе­нал современных лекарственных средств и налажено производство около 30 тибетских лекарств сложного со­става, монгольскими учеными — восемь (согласно дан­ным Л. Хурэлбаатора — больше), у нас в стране лишь одно получило пока только разрешение на клинические испытания.
Между тем круг исследователей, занимающихся ти­бетской медициной, весьма широк. Это врачи (Ф. Мей-ер, Э. Финк, Э.Г. Базаров, В.Э. Назаров-Рыгдылон), фармацевты (С.М. Николаев), фармакологи (А.Ф. Гам-мерман, К.Т. Блинова, Ц.А. Найдакова, Д.Ю. Буткус), историки (Р.Е. Пубаев, Э. делл'Анджело), философы (Н.Ц. Жамбалдагбаев), физики (Ч.Ц. Цыдыпов), мате­матики, программисты и т.д. Среди них редкие работы лингвистов как-то даже теряются. И, как правило, почти каждый исследователь-нелингвист пытается интерпрети­ровать реалии тибетской медицины, перелагая их в рам­ки хорошо известной ему системы, на привычный ему язык.
Напомним, что тибетская медицина сформировалась в результате сложного взаимодействия культур. И каж­дая из этих культур обладала в отдельных деталях толь­ко ей присущим языком. Источники упоминают о влия­нии на формирование медицинских концепций в Тибете медицин Индии, Китая, Непала, Афганистана, Персии и даже Греции [87 ]. Особое влияние на формирование ти­бетской культуры в целом и медицины в частности ока­зала прямо и опосредованно буддийская культура с ее специфическим языком. Она, в свою очередь, возникла также не на пустом месте, и язык ее, кроме только ей внутренне присущих особенностей, несет в себе следы ведийской и брахманической культур, бонских1 реми­нисценций,  культур Афганистана,   Персии,  Бактрии и др.
И все же, приняв в свое лоно плоды многих культур, творчески их переработав, культура Тибета осталась оригинальной. Так, пять первоэлементов китайской ме­дицины тибетская медицина рассматривает как частный случай, вытекающий из ее, тибетской медицины, общей теории пяти махабхут и органически вписывающийся в нее. Приняв аюрведческую методику составления много­компонентных лекарств, тибетские ученые в корне из­менили принципы их составления. Понятия "ветер", "желчь" и "слизь" Аюрведы обретают в тибетской меди­цине совсем иной смысл, обусловленный ее основопола­гающими концепциями. Сам же концептуальный план тибетской медицины не может быть раскрыт без учета особенностей ее языка, хотя бы уже потому, что всякое явление и его описание имеют в качестве своего основа­ния единый источник [13, л. 26а]. И именно по этой причине обычный для исследователей тибетской медици­ны ход мысли от частного к общему может оказаться не­продуктивным — ведь частное современной медицины вытекает из иного общего, чем то, которое признается всеми отраслями знаний или наук Тибета. Суть в том, чтобы уметь "отличать драгоценный камень от того, ка­ким он, по нашему мнению, должен быть" (Сараха)2.
Необходимость иного подхода становится ясной, если на проблему посмотреть с лингвистической точки зре­ния. На таком подходе к изучению текстов тибетской медицины всегда настаивал известный востоковед Б.-Д. Бадараев. Врач с европейским образованием Э. Финк первую свою книгу по тибетской медицине [93 ] также посвятила медицинской терминологии. Есть и другие примеры. Описания и переводы тибетских меди­цинских текстов на европейские языки имеют уже 150-летнюю традицию, но лишь в последние десятиле­тия появились не вызывающие споров переводы и толко­вания этих текстов теми переводчиками и интерпретато­рами, которые не перелагают тибетские идеи в рамки иных систем [46, 85, 86, 94, 107]. Вызывающая интерес своей сложностью работа К. Корвин-Красинского [99] вряд ли может быть отнесена к ним.
Бон — добуддийская религия Тибета, имеющая, вероятно, общие корни с шаманизмом монгольских народов.

2Сараха — один из 84 великих йогов Индии. Полагаю, что на современном этапе изучения тибет­ской медицины необходимо различать по меньшей мере три пласта языка [63, с. 7], а также три уровня содер­жания понятий, входящих в язык текста (группы тек­стов) в виде терминов: буквального, словесного и истин­ного смысла [67, с. 8]3. Иначе говоря, речь идет о нали­чии номинативной (ming), речевой (tshig) и смысловой (don) функций у слова-знака (brda yig) (само название толкового тибетского словаря Р. Номтоева [14]4 говорит о том, что эта тема в тибетском языкознании хорошо разработана). Если же брать текст в целом, в тибетском языкознании существуют понятия "план выражения" (brjod byed) и "план содержания" (brjod bya) текста, а также указывается на возможность реализации содержа­ния текста на практике, т.е. возможность реализации истинного смысла (nges don) всего текстового материала.
Такой подход к объекту исследования не является чем-то присущим только тибетскому языковедению. Язык — универсальное средство, в котором наиболее четко заметна тенденция тибетского научного мышления рассматривать мир как сложную систему иерархически организованных ценностей, имеющую своим основанием единый источник.
В тибетской традиции этот источник безошибочно прослеживается по текстам класса тантр.
Так, например, в одном из комментариев на "Гухья-самаджа-тантру"5 мы обнаруживаем деление всей реаль­ности на реальность как таковую (космическое тело Будды) и реальность, воспринимаемую как некие фор­мы, в которых проявляется Будда ради блага живых су­ществ (явленные тела Будды).
Первое — "вселенская реальность для себя" (дхарма-кая), представляющая единство сансары (или шуньи) и нирваны (или ясного света), иначе говоря, весь план вы­ражения текста реальности. Здесь шунья означает бес-сущностность (анатма) всех вещей и явлений внешнего и внутреннего мира, а также их связей и бессущност-ность внутри себя. Ясный свет — это состояние созна-
3Разъяснение трех уровней смысла терминов см. в ч. I, гл. 1.
"*Ринчер Номтоев, известный бурятский ученый, свои работы на тибетском языке обычно подписывал именем Суматиратна. Его словарь носит название "Освещение номинативной, речевой и смысловой фун­кций тибетских и монгольских слов-знаков — светильник, рассеиваю­щий тьму".
5"Гухьясамаджа-тантра" — древнейший буддийский тантрийский текст. В "Четырех Тантрах" не раз встречаются ссылки на него. ния, абсолютно понимающего и различающего эту исти­ну во всем, с чем оно встречается, и тем самым проеци­рующего свет нирваны на всю субъектно-объектную дан­ность подобного иллюзии мира.
Второе — "оформленное тело для других", которое состоит из пяти изначальных мудростей (rigs Inga, или самбхогакая> и оперирующего ими субъекта (нирмана-кая). Соответственно самбхогакая представляет план со­держания реальности, а нирманакая практически реали­зует ее истинный смысл — осуществление, подлинное воплощение в сознании изначального единства через движение от шуньи (сансары) к ясному свету (нирване) посредством познания каждой вещи в отдельности и всех их в совокупности. Такое познание идет через расширя­ющуюся в процессе реализации систему тождеств, поэ­тому для самбхогакаи и принято такое название: по-ти­бетски "longs spyod rdzogs sku" — "тело, совершенно впитывающее [в себя все]".
На этой же схеме основана буддийская теория позна­ния:
непосредственное восприятие и вытекающий из него логический вывод с их ошибками есть умозаключение для себя; доказательство и опровержение с их ошибками есть умозаключение для других (Дигнага)6.
По этой же схеме изложен (а следовательно, может быть реализован) и предмет медицины в тексте "Четы­рех Тантр" (тиб. "Чжуд-ши"). Здесь дхармакая пред­ставлена в виде месторасположения (града Лекарств) и сидящего в центре своего дворца самого Будды Бхайшад-жья-гуру (нирвана). Самбхогакая — это рожденный со­зерцанием Бхайшаджья-гуру риши по имени Мудрость Познания (rid pa'i ye shes). Нирманакая — это риши Рожденный-из-ума (yig las skyes, т.е. из ума Бхайшад­жья-гуру) .
Здесь также прослеживается важнейшее для тантр положение о триединстве тела, речи и ума: телом (ре­альностью всего проявленного и непроявленного) явля­ется мир, или вся "телесность" в ее динамике, и Бхай­шаджья-гуру, или пронизывающая все "тело" реально­сти духовность, речь представляет риши Мудрость По­знания в ее динамике (его проповедь), а мысль — риши Рожденный-из-ума. Поскольку считается, что встретить-
6Дигнага (V в. н.э.) является основателем системной теории позна­ния буддизма. Основные положения буддийской теории познания из­ложены в соответствующем разделе "Источника Мудрецов" (см. [6]). ся с обоими риши и с Бхайшаджья-гуру практикующий врач может, только применяя методы тантрийского со­зерцания, то для него изучение самого текста "Четырех Тантр" в традиционной передаче равнозначно встрече с нирманакаей — явленным телом Будды Бхайшаджья-гу­ру. Поэтому-то можно также сказать, что "телом" ти­бетской медицины является текст "Четырех Тантр", в котором речь представлена вопросами риши Рожденно-го-из-ума, а мысль — ответами риши Мудрость Позна­ния. Подобная перестановка не обычна для тантрийско­го описания реальности — она обусловлена возможно­стью наделения различными функциями генезисов Вай-рочаны и Акшобхьи (если первый представляет Зерцало-подобную Мудрость, то второй — Мудрость Дхармового Пространства, либо же наоборот). Именно по этому при­знаку прежде всего различаются тибетские медицин­ские традиции Чжангбы и Сурхарбы. Наиболее явно это различие выражается в том, что в первой традиции один из пяти функциональных ветров тела "прана" помеща­ется в головной чакре7, во второй же традиции — в сер­дечной чакре [11, II, 5, л. 55б-56а] (тема ветров тела изложена в ч. I, гл. 3).
Отметим также (это важно для дальнейшего изложе­ния), что в самом тексте "Четырех Тантр" есть еще и раскладка по пятиричной схеме: "Коренная Тантра" есть производное мысли Учителя (Бхайшаджья-гуру). "Пояснительная Тантра, или Тантра Проповеди" имеет своим источником тело его, "Наставительная Тантра" — достоинство, и "Заключительная Тантра" — творче­ство; вопросы и ответы в тексте являются эманацией его речи [1, IV, 25]. Здесь заложена та же идея тождества сансары и нирваны, что и в философии одной из высших буддийских школ (мадхьямика-прасангика): плоть, ум, сознание, ощущения и активные элементы становления личности (санскары) освоившего "Четыре Тантры" вра­ча реализуют, как полагают, недвойственность с телом, речью, мыслью, достоинством и творчеством Будды Бхайшаджья-гуру.
Предполагается, что индивид способен достичь ука­занного состояния в силу того, что он обладает телом. Подчеркивается, что возможность следовать путем со­вершенствования во всей его полноте доступна лишь тем, кто обладает полнотой органов чувств. При этом
7Чакра — психоэнергетический центр в теле человека. Основных чакр 5, вместе со вторичными их 32. шестым органом чувств признается ум, или восприятие предыдущего момента [37], что дает основание ряду ев­ропейских буддологов (например, Г.В. Гюнтеру) перево­дить тибетское lus ("тело", "плоть" в буквальном смыс­ле) как "тело-ум" [95 ]. Личность осознает себя или дру­гого как личность постольку, поскольку она прослежива­ет собственную длительность в трех временах — про­шедшем, настоящем и будущем. Ум, осуществляющий восприятие предыдущего момента, находит в прошлом опору для насущного бытия и распространяет целенап­равленность на будущее (spros bcas), обнаруживая в по­токе непрерывно меняющихся отдельных элементов ин­дивидуализированную длительность. Вне этого потока элементов, как они являются нашему уму, нет ничего, что бы являлось — нет "подкладки" вроде атмана ве­данты8. Однако прекращение индивидуального существо­вания в результате совершенствующего процесса не оз­начает уничтожения являющихся элементов — оно оз­начает их очищение, подавление их как явлений фено­менального мира (мира страданий). Длительность ста­новится чистой, не подверженной влиянию эмоциональ­ных эффектов неведения (ma rig pa): влиянию омрачен-ности (gti mug), страсти ('dod chags) и гнева (zhe sdang). Достигший нирваны Будда не видит для собст­венной длительности необходимости в иной опоре, кроме самой длительности; составляющая его и любую другую длительность множественность элементов теряет свой иллюзорный характер и приобретает единый вкус — вкус шуньи, или открытости, так как дхармакая каждого Будды недвойственна дхармакаям других будд. Эта це­лостность, или универсальность природы буддовости, не является нивелировкой личности как таковой: "Те, ко­торые узнали свои лица, ушли в нирвану и стали в ней буддами" [13, л. 2а].
Так что же от имени трех тел, или пяти элементов бытия Будды, излагается в "Черных Тантрах"?
Полное название "Четырех Тантр" — "Сущность не­ктара бессмертия, тантры восьмичленного сокровенного наставления".
Почему эти тантры представляют "сущность нектара бессмертия"? Потому что в тексте утверждается, что, вкушая нектар этого наставления, человек реализует
8Атман, согласно философии одной из традиционных индийских школ — веданты, является некой вечной субстанцией, неизменной ду­шою, "самостью" человека. пять целей: 1) жизнь без болезней и излечение болезней своих; 2) продление жизни; 3) достижение совершенства в Учении и 4) благополучия в жизни; 5) избавление от болезненных страданий всех живых существ.
Почему наставления сокровенные, тайные и в полно­те своей не могут быть переданы всем без исключения? Потому что скальпель в руках хирурга — это лекарство, но в руках человека, обуреваемого низкими желаниями, он может стать орудием убийства. "Тантра" — "нить (длительность)" непрекращающейся передачи секретов медицины от учителя к ученику. И именно поэтому она состоит из наставлений: ман-аг, упадэша — буквально "показ внизу (сидящему)", т.е. ученику.

Поскольку язык, теория и практика тибетской меди­цины не могут быть освоены по отдельности, предлагае­мая вниманию читателя книга поможет ему получить хотя бы общее представление об этих предметах и по­служит стимулом для совершенствования своих знаний в будущем.

Пупышев В.Н.

Обсудить эту статью на нашем форуме >>>

Читайте далее:

Предыдущая страница:

Перейти в этот раздел

Ключевые слова этой страницы: учение, тибетской, медицины.

Скачать zip-архив: Учение тибетской медицины. Изучение тибетской медицины - zip. Скачать mp3: Учение тибетской медицины. Изучение тибетской медицины - mp3.

Главная

Форум

Мы Вконтакте

» Гороскоп сексуальной совместимости для всех знаков Зодиака...
» Космоэнергетика. Связь с Космической Энергией Совершенства...
» ТАНТРА: искусство духовной трансформации. ТАНТРА - ЙОГА...
» Книга Перемен. Гадание по Книге перемен...
» Магия сексуальных отношений. Экстрасенсорное восприятие...

Мантры

«УЧЕНИЕ ТИБЕТСКОЙ МЕДИЦИНЫ»

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Твоя Йога

УЧЕНИЕ ТИБЕТСКОЙ МЕДИЦИНЫ

эзотерика
учение, тибетской, медицины Астролог
учение, тибетской, медицины эзотерика
магия